Из прямой речи в косвенную
Jun. 12th, 2017 11:05 pm- Алло, Владислав Мстиславович? С вами говорит Мариванна. Надеялась увидеть вас на родительском собрании, поговорить о поведении Ярослава. Но вы не пришли...
- А? Да-да. Я, понимаете, не мог, я тут так...Я мотался, мотался. Замотался! Сейчас на работе так сложно, вы же знаете...
Мариванна улыбается: она знает.
Окна ее класса смотрят в переулок за школой, где на асфальтовой площадке в тот самый вечер родительского собрания Владислав Мстиславович увлеченно гонял на роликах.
И когда после беседы с родителями учащихся Мариванна надевала берет, и когда потом поливала цветы в классе ( перед выходными нужно хорошенько поливать гибискусы), и когда в сумерках шла домой - всё слышала она до самого подъезда урчание его пластиковых роликов.
- Мариванна, - голос в трубке звучит с опаской. - А Ярослав...Он что-то натворил?
- Ярослав постоянно лжет.
- В смысле, врёт?
- В смысле обманывает. А вы не замечали?
- Нет, никогда!..
Мариванна улыбается. Она видит всех людей насквозь.
Она идет на кухню, снимает стеганое покрывальце с синего фарфорового чайника, наливает себе в синюю чашечку чай. Пахнет жасмином и немножко мятой. Мята смягчит горло и успокоит нервы. Спокойствия ей нужно много, чтобы проверить у Ярослава сто шестьдесят восьмое упражнение. Предыдущие сто шестьдесят семь она уже проверила, и там был бред, полный бред.
Ярослав сидит в комнате и смотрит в окно. Рот его плотно сжат и глаза прищурены - как будто он слушает, как во рту у него летает муха. В ушах у него наушники. "Раммштайн", что ж еще. Тринадцать лет.
- Ярик, опять?
Не слышит.Мариванна дергает за проводок.
- А? А я уже всё написал!
- Ярик, я устала повторять: эти наушники негигиеничны и портят слух.
- Но я...
- А жвачку выплюнь в бумажку - а бумажку спрячь в карман, после занятия выбросишь в урну. Показывай упражнение.
- Нате...
- ...Ярик! Ведь ты списал!
- Я не списал.
- Списал.
- Я не списал.
- Ты хочешь сказать, что выполнил упражнение без единой ошибки?
- А откудова я списал?
- Очевидно, уже изданы ключи к этому учебнику. Давай-ка, показывай, откуда списал.
- Я не списал.
- Ярик, это глупый спор. Ты безупречно переделал прямую речь в косвенную...
- Я старался.
-... но при этом, как всегда, наделал ошибок в элементарных словах.
- Я не виноват, там так написано...
- Так списал?
- Я не списал.
Мариванна пересаживает Ярика на диван и заглядывает под крышку стола. Потом она задвигает тяжелый стул. Есть! Под стулом на полу лежит раскрытая книга: Голицынский, ключи к упражнениям по грамматике английского языка. И как он мог с полу разглядеть такой мелкий шрифт?
- Ярик, это что?
- Это не моё.
- Садись за стол и приступай к упражнению сто шестьдесят девять. Через двадцать семь минут за тобой придет папа - я отдам эту книжку ему в руки.
С Голицынским под мышкой Мариванна возвращается на кухню. Чай остыл. Она наливает горячий, достает из
фарфоровой корзиночки арахисовый коржик с глазурью. С чашкой и коржиком она выходит на балкон, садится в плетеное кресло. И коржик, и чай хорошо успокаивают нервы. Нужно терпеть, хоть мальчишка и нахал. И тупой к тому же. Что это хоть за книжку он себе купил? Боже, сколько опечаток!
Из окна дома напротив Владислав Мстиславович смотрит украдкой на балкон Мариванны. Он видит, что учительница пьет чай во время урока и читает книжку - а не обучает грамматике его сына. Это просто возмутительно. Но надо терпеть: Мариванна опытный педагог, на вес золота.
- А? Да-да. Я, понимаете, не мог, я тут так...Я мотался, мотался. Замотался! Сейчас на работе так сложно, вы же знаете...
Мариванна улыбается: она знает.
Окна ее класса смотрят в переулок за школой, где на асфальтовой площадке в тот самый вечер родительского собрания Владислав Мстиславович увлеченно гонял на роликах.
И когда после беседы с родителями учащихся Мариванна надевала берет, и когда потом поливала цветы в классе ( перед выходными нужно хорошенько поливать гибискусы), и когда в сумерках шла домой - всё слышала она до самого подъезда урчание его пластиковых роликов.
- Мариванна, - голос в трубке звучит с опаской. - А Ярослав...Он что-то натворил?
- Ярослав постоянно лжет.
- В смысле, врёт?
- В смысле обманывает. А вы не замечали?
- Нет, никогда!..
Мариванна улыбается. Она видит всех людей насквозь.
Она идет на кухню, снимает стеганое покрывальце с синего фарфорового чайника, наливает себе в синюю чашечку чай. Пахнет жасмином и немножко мятой. Мята смягчит горло и успокоит нервы. Спокойствия ей нужно много, чтобы проверить у Ярослава сто шестьдесят восьмое упражнение. Предыдущие сто шестьдесят семь она уже проверила, и там был бред, полный бред.
Ярослав сидит в комнате и смотрит в окно. Рот его плотно сжат и глаза прищурены - как будто он слушает, как во рту у него летает муха. В ушах у него наушники. "Раммштайн", что ж еще. Тринадцать лет.
- Ярик, опять?
Не слышит.Мариванна дергает за проводок.
- А? А я уже всё написал!
- Ярик, я устала повторять: эти наушники негигиеничны и портят слух.
- Но я...
- А жвачку выплюнь в бумажку - а бумажку спрячь в карман, после занятия выбросишь в урну. Показывай упражнение.
- Нате...
- ...Ярик! Ведь ты списал!
- Я не списал.
- Списал.
- Я не списал.
- Ты хочешь сказать, что выполнил упражнение без единой ошибки?
- А откудова я списал?
- Очевидно, уже изданы ключи к этому учебнику. Давай-ка, показывай, откуда списал.
- Я не списал.
- Ярик, это глупый спор. Ты безупречно переделал прямую речь в косвенную...
- Я старался.
-... но при этом, как всегда, наделал ошибок в элементарных словах.
- Я не виноват, там так написано...
- Так списал?
- Я не списал.
Мариванна пересаживает Ярика на диван и заглядывает под крышку стола. Потом она задвигает тяжелый стул. Есть! Под стулом на полу лежит раскрытая книга: Голицынский, ключи к упражнениям по грамматике английского языка. И как он мог с полу разглядеть такой мелкий шрифт?
- Ярик, это что?
- Это не моё.
- Садись за стол и приступай к упражнению сто шестьдесят девять. Через двадцать семь минут за тобой придет папа - я отдам эту книжку ему в руки.
С Голицынским под мышкой Мариванна возвращается на кухню. Чай остыл. Она наливает горячий, достает из
фарфоровой корзиночки арахисовый коржик с глазурью. С чашкой и коржиком она выходит на балкон, садится в плетеное кресло. И коржик, и чай хорошо успокаивают нервы. Нужно терпеть, хоть мальчишка и нахал. И тупой к тому же. Что это хоть за книжку он себе купил? Боже, сколько опечаток!
Из окна дома напротив Владислав Мстиславович смотрит украдкой на балкон Мариванны. Он видит, что учительница пьет чай во время урока и читает книжку - а не обучает грамматике его сына. Это просто возмутительно. Но надо терпеть: Мариванна опытный педагог, на вес золота.
no subject
Date: 2017-06-12 08:20 pm (UTC)У меня был знакомый, живший окно в окно со своей бывшей учительницей. Так он с ума сошел в конце концов.
no subject
Date: 2017-06-12 08:41 pm (UTC)Сама учительница.
no subject
Date: 2017-06-12 09:01 pm (UTC)no subject
Date: 2017-06-12 09:04 pm (UTC)no subject
Date: 2017-06-12 09:09 pm (UTC)Ну или там две якобы дурочки из Индии; пошли учиться от нечего делать; домашку делали одну на двоих (а я им оценку пополам делил); потом бац! - и въехали. Глаза сверкают, задачи решаются.
no subject
Date: 2017-06-12 09:46 pm (UTC)no subject
Date: 2017-06-12 11:46 pm (UTC)no subject
Date: 2017-06-13 09:25 am (UTC)no subject
Date: 2017-06-13 08:27 am (UTC)Бедная женщина тихо шепчет:"Ох, тяжёлая артиллерия моя идёт"...
no subject
Date: 2017-06-13 09:32 am (UTC)А зато мы носили ихние дублёнки...
В журнале с пластинками "Кругозор" на последней страничке был опубликован какой-нибудь иностранный певец.
Ну, мы в 70е всегда ждали новый выпуск, его в нашем городе было не найти. Надеялись услышать новенькое: Джо Дассен, Марыля Радович, Мирей Матье молоденькая.
Как вдруг открываем - а там таланты из Монголии.
Звали их Цэцгээ и Рэнцэнханд - от обиды запомнила.
no subject
Date: 2017-06-13 11:53 am (UTC)Боже, каким говном голова набита!!!
no subject
Date: 2017-06-13 12:10 pm (UTC)Таки набита(.