Велика Злука

"...Как вожделенно жаждет век

Нащупать брешь у нас в цепочке!

Возьмемся за руки, друзья,

Возьмемся за руки, друзья,

Чтоб не пропасть поодиночке!.."(с)



Зі  святом, країно моя єдина!

 

(no subject)

 "100 рассказов о медицине" Михаил Шифрин

В 1944 году генерал Ватутина ранили в ногу.  Ему сделали операцию, и он вроде бы пошёл на поправку, но началось воспаление. Тут бы и пенициллин применить, но... Вот что пишет Хрущёв в своих воспоминаниях:
" Врачи считали, что следует применить пенициллин, но они могли, как мне рассказывали, тогда сделать это только с согласия Сталина, а Сталин воспротивился. Я с ним лично не разговаривал по вопросу пенициллина, но врачи сказали мне, что Сталин отверг пенициллин. Мотив выдвигался такой: пенициллин был не советским (у нас его не имелось), а американским, и Сталин считал, что пенициллин может оказаться зараженным: из США могут послать зараженный пенициллин (SIC!), чтобы ослаблять наши силы, так что лечить этим лекарством такого крупного военного деятеля, как Ватутин, недопустимый риск.
 Потом Сталин меня же и упрекал, что мы допустили смерть Ватутина. Это я-то допустил! Тут и Бурденко ничего не смог сделать, а что я могу, простой человек, не медик? Сталин сам запретил использовать пенициллин, но об этом он тогда мне не сказал: понимал, что произведет плохое впечатление. А я позднее не спрашивал Сталина об этом, потому что не хотел его как бы упрекать"(с)

 

(no subject)

 

Жилплощадь = livе square

Маша жила с мужем и его родителями в двухкомнатной сталинке на главном проспекте. Эту квартиру в конце 40х годов получил не то отец, не то дедушка Машиной свекрови. О том, чтобы ее разменять, не могло быть и речи. Свекровь всегда принималась громко и с выражениями страдать мигренью, как только молодые начинали разговор о том, чтобы разъехаться. Да и то верно: получить взамен две мизерные хрущевки на окраине Левого берега - неразумно. Молодые долго жили на съемной квартире - хотя с ребенком снять отдельную квартиру в 70е годы было трудно, а с двумя и вовсе невозможно.
Если кто не помнит, хозяева не держали квартирантов долго. Ведь если ты сдаешь государственную квартиру - значит, у тебя имеются излишки и тебя следует уплотнить. Так молодая растущая семья представляла опасность для хозяев. Наконец, молодому ( но уже не совсем молодому) мужу удалось устроиться в учреждение, где "строили кооперативы". И он собрал документы, чтобы стать в очередь на кооперативную квартиру, но тут оказалось, что в сталинке, где они были с родителями прописаны, достаточно квадратных метров для их проживания - несмотря на то, что комнат там всего две. Если кто не помнит, нормы этой самой жилплощади были хитрыми: по одним документам учитывалось количество общей площади квартиры, вместе с уборной и чуланом, а по другим - только жилой. В центре города были одни нормы, а на окраинах - другие: претенденту на квартиру в микрорайоне Крайне-Дальний полагалось, допустим, 9 метров на человека, а желающему проживать не дальше тени, падающей от памятника Ленину, всего лишь 6. Опять же, столичные нормы были другими, часто засекреченными. Или вот еще что принималось во внимание: впервые ты квартиру получаешь или желаешь расширить полученную некогда жилплощадь - там свои нюансы были.
Короче говоря, желанный кооператив не делался ближе. А потом вдруг сделался! То ли справку какую-то удалось достать, то ли в самом деле жилую и нежилую площадь в квартире местами поменяли - но в очередь их поставили. Оставалось собрать нужную сумму вступительного взноса. Это было трудно, но по сравнению с предыдущими трудностями - легко!
А в 1975м вдруг свекру вручили медаль как ветерану - медаль, которую почему-то не дали 30 лет назад. И к медали старик получил ордер на новую квартиру. Правда, очень далеко от центра, в самом новом микрорайоне и на девятом этаже. И тогда в новую эту двухкомнатную квартиру въехала молодая ( уже совсем не молодая) Машина семья.
Правда, Машиным детям к тому времени уже исполнилось 18 и даже 20 лет.

"... вынимает три сердца и привозит, кретин, домой... Каков подарочек!" (Стругацкие)

Мавзолейное