Жилплощадь = livе square

[ernestine_16]

Маша жила с мужем и его родителями в двухкомнатной сталинке на главном проспекте. Эту квартиру в конце 40х годов получил не то отец, не то дедушка Машиной свекрови. О том, чтобы ее разменять, не могло быть и речи. Свекровь всегда принималась громко и с выражениями страдать мигренью, как только молодые начинали разговор о том, чтобы разъехаться. Да и то верно: получить взамен две мизерные хрущевки на окраине Левого берега - неразумно. Молодые долго жили на съемной квартире - хотя с ребенком снять отдельную квартиру в 70е годы было трудно, а с двумя и вовсе невозможно.
Если кто не помнит, хозяева не держали квартирантов долго. Ведь если ты сдаешь государственную квартиру - значит, у тебя имеются излишки и тебя следует уплотнить. Так молодая растущая семья представляла опасность для хозяев. Наконец, молодому ( но уже не совсем молодому) мужу удалось устроиться в учреждение, где "строили кооперативы". И он собрал документы, чтобы стать в очередь на кооперативную квартиру, но тут оказалось, что в сталинке, где они были с родителями прописаны, достаточно квадратных метров для их проживания - несмотря на то, что комнат там всего две. Если кто не помнит, нормы этой самой жилплощади были хитрыми: по одним документам учитывалось количество общей площади квартиры, вместе с уборной и чуланом, а по другим - только жилой. В центре города были одни нормы, а на окраинах - другие: претенденту на квартиру в микрорайоне Крайне-Дальний полагалось, допустим, 9 метров на человека, а желающему проживать не дальше тени, падающей от памятника Ленину, всего лишь 6. Опять же, столичные нормы были другими, часто засекреченными. Или вот еще что принималось во внимание: впервые ты квартиру получаешь или желаешь расширить полученную некогда жилплощадь - там свои нюансы были.
Короче говоря, желанный кооператив не делался ближе. А потом вдруг сделался! То ли справку какую-то удалось достать, то ли в самом деле жилую и нежилую площадь в квартире местами поменяли - но в очередь их поставили. Оставалось собрать нужную сумму вступительного взноса. Это было трудно, но по сравнению с предыдущими трудностями - легко!
А в 1975м вдруг свекру вручили медаль как ветерану - медаль, которую почему-то не дали 30 лет назад. И к медали старик получил ордер на новую квартиру. Правда, очень далеко от центра, в самом новом микрорайоне и на девятом этаже. И тогда в новую эту двухкомнатную квартиру въехала молодая ( уже совсем не молодая) Машина семья.
Правда, Машиным детям к тому времени уже исполнилось 18 и даже 20 лет.

Comments

[ratomira]

А мог и не получить ордер!

[ernestine_16]

Запросто. И не дожить.

[magnoliasteel]

Хоть так. Шо там в стАлицах, не знаю, но вот в Крыму шось получить было очень интересным делом.

[ernestine_16]

Строились дома - для санаторной элиты. Обслуга жила в частных домиках, сдавая веранды и койки под грушей в саду.

[magnoliasteel]

Вот эти, с частными домиками-это везунчики, "элита", можно сказать, получить прописку и жильё в Крыму, особенно в городе, а не в селе-это как в лотерею выиграть. В селе-туда-сюда, но в сёлах работы никакие, а с сельской пропиской устроиться куда-то в городе было очень сложно.

[ernestine_16]

Орджо под Фео, торпедный завод - только в 90е поселок открыли. Был засекречен. Трехэтажные хрущевки, школа, пара сталинок, дачи. Песчаный пляж. Ныне вернули название - Кайгадор.

[magnoliasteel]

У нас было приличное село, с "переселенческими" домиками, но каждый обустраивался по-своему, было несколько двухэтажек, там жили в основном незамужние учительницы, например, остальные предпочитали дом, потомучто горОд и скотина.
Чистое село, с асфальтом, электричеством, большим магазином, фермами, полями, садами и виноградниками.
"В город" брали в основном нянечками в больницы, уборщицами и т.д., но не везде, устроиться без городкой прописки было очень сложно. У меня паспорт был с городской пропиской, т.е., я даже не в селе его получала, это само по себе было как выигрыш в лотерею. И то, что у нас было своё жильё в городе, маленькое, но на земле и в городе. Это дополняло мою относительную изоляцию от одноклассников. Они знали, что я там точно не останусь.