Соблазнилася

Взяла в АТБ баночку норвежской селедки - всего на 8 грн дороже, чем "Своя линия", а эффект какой:совершенно без костей.
Как это норвежцам удается ловить селедку без костей?
Пошла за добавкой.

вырвалося

 здрастуй празник наш любимый
деньседьмого ноебря
здрасуй флаг невыразимый
у высоких стен кремля
по дороге мокрой скушной
волга быстрая течет
колокольчик однозвушный
всем нам выдан под отчет

Штамповка

Памятник в Донецке, установлен в 1953: Памятник в Днепре, установлен в 1957 ( демонтирован):

Про орехи бедных женщин

И снова сюжет "семья сзади"

М. Климентов. Семья за обедом. 1932 Вот прям как тут:

Тама

"В начале ноября в России обострился языковой вопрос. Кульминация лингвистического кризиса состоялась 5.11.2019, когда одновременно прошли два заседания: в Кремле - Совета по русскому языку при президенте РФ, а в Высшей школе экономики – ученого совета, на котором в том числе обсуждали ситуацию с высказыванием профессора Гасана Гусейнова о «клоачном русском языке». Временно обошлось без кровопролития: профессора из ВШЭ не уволили, а в Кремле решили защищать русский язык пока без применения ядерного оружия. Впрочем, обо всем по порядку.

Путин был настроен решительно и сразу поставил языковой вопрос на ребро. Заявил, что русский язык – это основа российского суверенитета. «Сегодня мы сталкиваемся с попытками искусственно – я хочу это подчеркнуть, – именно искусственно, грубо, подчас абсолютно бесцеремонно сократить пространство русского языка в мире, вытеснить его на периферию. Войну русскому языку объявляют не только пещерные русофобы, – а это мы тоже наблюдаем, думаю, что это не секрет, – разного рода маргиналы здесь активно работают и агрессивные националисты», - объяснил президент РФ. После таких слов логично было бы поручить защиту русского языка Шойгу, Бортникову и Золотову и немедленно объявить в стране военное положение.

После Путина слово взял председатель совета по русскому языку Владимир Толстой, и угроза третьей мировой после его выступления стала практически неотвратимой.
«Ведущаяся в так называемом цивилизованном мире война против русского слова, русского языка, позволяет рассматривать его как мощнейшее, грозное оружие, а значит, это оружие должно быть в полной боевой готовности», - объявил праправнук Льва Толстого и тут же перешел к главной скрепе, то есть к деньгам.

Путин понял что следующий выступающий уже потребует объявить так называемому цивилизованному миру войну, а на защиту русского языка бросить как минимум половину бюджета, и поэтому решил вмешаться и спасти планету, а также бюджет. Он предложил обмануть врагов русского языка тем, что не называть русский язык оружием. То есть, мы-то знаем, что русский язык – оружие, а враги пусть этого не знают, и тогда мы их сможем победить, заявил Путин, хитро поглядывая на членов совета.

После чего Путин объяснил, что стимулом для иностранцев учить русский является в основном экономика, а не культура. «Хоть у нас ещё два-три Толстых появятся и четыре Пушкиных – будут переводить просто и всё», - заявил президент РФ. Идея появления двух-трех Толстых и четырех Пушкиных у собравшихся специалистов по русскому языку и литературе не вызвала особого энтузиазма, возможно, в связи с тем, что они опасались появления такого количества гениев и связанного с этим обострения конкуренции за место у бюджетной литературной кормушки.

Что же касается сокращения сферы русского языка, то причину этого Путину следовало бы поискать в зеркале. Поскольку именно его заслуга в том, что две трети в США и Канаде и более двух третей в Европе негативно относятся к России. Что же касается экономики, то она, действительно, может служить стимулом для изучения языка. В том случае, когда на этом языке передаются знания и описываются новые технологии. Экономика трубы, нефти и газа стимулом для изучения языка не является, поскольку труба, равно как и нефть с газом не могут считаться интересными собеседниками.

В ходе дискуссии совет по русскому языку смог обнаружить главного врага. Им оказалась Википедия"(блог И.Яковенко)

Это надо знать!

 Дзуйхи́цу (яп. 随筆, «вслед за кистью») — жанр японской короткой прозы, в котором автор записывает всё, что приходит ему в голову, не задумываясь о том, насколько это «литературно». Дзуйхицу может рассказывать о каком-то внезапном воспоминании, пришедшей в голову мысли, увиденной бытовой сценке.