ernestine_16: в окошке (Default)
(Продолжаю переваливать из ЖЖ).



Всем внимание: открылось собрание!
На повестке дня всё тот же вопрос:
Что нам делать с комсомольцем Бараниным?
Этот тип, как оказалось, непрост!

Есть претензии к его биографии:
Клёш на брюках носит - метр в ширину.
Он позорит факультет географии,
Наш район и всю большую страну!

Производственное он не смотрел кино,
Прогрессивный дух в себя не впустил.
И в названии села Переделкино
Он назло вторую "е" пропустил!

И в гражданскую не встал он позицию,
И всё было ему сплошь - пополам.
Превратился в... как его? - в оппозицию
Нашим помыслам, словам и делам!

...Допоздна продлилось это собрание,
Но понять мы не смогли одного:
Что нам делать с комсомольцем Бараниным
И еще с полсотней - вроде него?
ernestine_16: в окошке (Default)
- Алло, Владислав Мстиславович? С вами говорит Мариванна. Надеялась увидеть вас на родительском собрании, поговорить о поведении Ярослава. Но вы не пришли...
- А? Да-да. Я, понимаете, не мог, я тут так...Я мотался, мотался. Замотался! Сейчас на работе так сложно, вы же знаете...

Мариванна улыбается: она знает.
Окна ее класса смотрят в переулок за школой, где на асфальтовой площадке в тот самый вечер родительского собрания Владислав Мстиславович увлеченно гонял на роликах.
И когда после беседы с родителями учащихся Мариванна надевала берет, и когда потом поливала цветы в классе ( перед выходными нужно хорошенько поливать гибискусы), и когда в сумерках шла домой - всё слышала она до самого подъезда урчание его пластиковых роликов.

- Мариванна, - голос в трубке звучит с опаской. - А Ярослав...Он что-то натворил?
- Ярослав постоянно лжет.
- В смысле, врёт?
- В смысле обманывает. А вы не замечали?
- Нет, никогда!..

Мариванна улыбается. Она видит всех людей насквозь.
Она идет на кухню, снимает стеганое покрывальце с синего фарфорового чайника, наливает себе в синюю чашечку чай. Пахнет жасмином и немножко мятой. Мята смягчит горло и успокоит нервы. Спокойствия ей нужно много, чтобы проверить у Ярослава сто шестьдесят восьмое упражнение. Предыдущие сто шестьдесят семь она уже проверила, и там был бред, полный бред.
Ярослав сидит в комнате и смотрит в окно. Рот его плотно сжат и глаза прищурены - как будто он слушает, как во рту у него летает муха. В ушах у него наушники. "Раммштайн", что ж еще. Тринадцать лет.
- Ярик, опять?
Не слышит.Мариванна дергает за проводок.
- А? А я уже всё написал!
- Ярик, я устала повторять: эти наушники негигиеничны и портят слух.
- Но я...
- А жвачку выплюнь в бумажку - а бумажку спрячь в карман, после занятия выбросишь в урну. Показывай упражнение.
- Нате...
- ...Ярик! Ведь ты списал!
- Я не списал.
- Списал.
- Я не списал.
- Ты хочешь сказать, что выполнил упражнение без единой ошибки?
- А откудова я списал?
- Очевидно, уже изданы ключи к этому учебнику. Давай-ка, показывай, откуда списал.
- Я не списал.
- Ярик, это глупый спор. Ты безупречно переделал прямую речь в косвенную...
- Я старался.
-... но при этом, как всегда, наделал ошибок в элементарных словах.
- Я не виноват, там так написано...
- Так списал?
- Я не списал.

Мариванна пересаживает Ярика на диван и заглядывает под крышку стола. Потом она задвигает тяжелый стул. Есть! Под стулом на полу лежит раскрытая книга: Голицынский, ключи к упражнениям по грамматике английского языка. И как он мог с полу разглядеть такой мелкий шрифт?
- Ярик, это что?
- Это не моё.
- Садись за стол и приступай к упражнению сто шестьдесят девять. Через двадцать семь минут за тобой придет папа - я отдам эту книжку ему в руки.

С Голицынским под мышкой Мариванна возвращается на кухню. Чай остыл. Она наливает горячий, достает из
фарфоровой корзиночки арахисовый коржик с глазурью. С чашкой и коржиком она выходит на балкон, садится в плетеное кресло. И коржик, и чай хорошо успокаивают нервы. Нужно терпеть, хоть мальчишка и нахал. И тупой к тому же. Что это хоть за книжку он себе купил? Боже, сколько опечаток!

Из окна дома напротив Владислав Мстиславович смотрит украдкой на балкон Мариванны. Он видит, что учительница пьет чай во время урока и читает книжку - а не обучает грамматике его сына. Это просто возмутительно. Но надо терпеть: Мариванна опытный педагог, на вес золота.
ernestine_16: в белом (in white)
- Элинька, знаешь ли, что? La grand-mère пообещала за хорошее поведение отдать нам жестяную коробочку от печенья Эйнем!
- Фи, подумаешь!
- А мне нужно. Я сложу туда что-нибудь КРАСИВЕНЬКОЕ - ПЕРЕКРАСИВЕНЬКОЕ!
***
- Гаврик, бежи сюда в сарай!
- Шо такое?
- Тут какая-то коробка ржавая...пустая.
- Дай-ка мне, я ее бумажками обклею!
- Для чего?
- А пенал мне будет! В школу буду с им ходить...

***
- Что же нам, девчонки, подарить Майке из пятой группы?
- Может, книжку?
- Денег нет у нас на книжку!
- А давайте... Давайте хоть вот эту коробку кумачом обошьем.
- Верно! А сверху серп и молот вышьем белой ниткой.
- Ну и что у нас получится?
- Обратно коробка! Ах-ха-ха-ха!
- А что? Мысль передовая! Давайте обшивать. Вот лоскуты. Вот ленты.
- А тебе ленты разве не жалко?
- Да ты что?! Кто ж сейчас ленты носит? Мещанство же.

***

- Тааак, сюда...Теперь в эту петельку - так. Потом вот так. Поняла?
- Нет. Сюда теперь?
- Сюда. Молодец. Это называется столбик с накидом. Вот свяжи еще восемь рядов - и получится салфеточка. На этажерку можно будет постелить, под графин с водой.
- Я лучше вот эту коробочку обвяжу. Со всех сторон разными нитками обвяжу.
- А бабушка Майя тебе разрешит?
- Разрешит. Она в ней пуговицы хранит - видишь?

***

- Мам, нам сказали в школу принести рукоделки!
- Что еще за рукоделки?
- Ну, что-нибудь самодельное сделать своими руками! Назавтра, мам!
- А ты на часы смотрел?! Половина одиннадцатого! О чем ты раньше думал? Поздно уже мастерить, иди спать!
- Ну мааа...
- Спать немедленно! В следующий раз заранее будешь готовиться к уроку.
- Ма, а можно, я вот эту шкатулку вязаную в школу отнесу? Она ж самодельная?
- Ну... отнеси. Троечку за нее поставят, учти.
- Лишь бы не двоечку!
- Только не забудь пуговицы из нее вытряхнуть. Да ну не на пол же!!

***

- Вот это да! Кто ж это вам, Мариванна, такую красоту сделал?
- Представь, Лилечка, полтора года назад один второклассник на урок труда шкатулку принес. Даже не шкатулку, а коробочку, обвязанную крючком. Ну явно чья-то чужая работа, а он говорит, что нет, сам сделал. А я ему: "Вот сделаешь точно такую же - поставлю отметку в журнал. А эта коробочка пусть пока в классе в шкафу постоит!"
И забыла я про нее, Лилечка, совсем. А на этих каникулах полезла в шкаф - и так мне вдруг захотелось ее обновить, обшить бисером, стеклярусом...
- Хорошо как получилось у вас.
- Правда же? Вот, научилась на старости лет бисером вышивать. У своих учеников и научилась.
- У детей сейчас чему только не научишься.
- Вот и я говорю. А шкатулочку эту я теперь домой отнесу. Буду в ней хранить что-нибудь КРАСИВЕНЬКОЕ - ПРЕКРАСИВЕНЬКОЕ!



2015
ernestine_16: teatime (teatime)
После матери остался хороший дом в городе и сад вокруг дома.
В доме поселилась старшая дочь. Младшей не досталось ничего.
- Прошу тебя, продай соседям этот сад, - говорила младшая дочь старшей. - Мне очень, очень нужны деньги.
- А мне и самой нужен сад! - отвечала старшая.

Младшая долго бедствовала. Наконец, ей удалось устроиться в жизни, завести семью и вырастить детей. Однако и взрослые дети ее нуждались в поддержке. Время от времени младшая продолжала просить старшую отдать ей часть маминого наследства, но всё было напрасно.
Старшей в жизни крепко не повезло. Не было у нее ничего, кроме дома с садом. Ни друзей, ни любимых.

Однажды мать явилась во сне обеим дочерям.
- Отчего я несчастна? - спросила ее старшая.
- Ты должна была отдать сестре ее долю,- ответила мать.
- Отчего я бедна? - спросила младшая.
- Ты не должна была просить сестру ни о чем, - ответила мать.



2015г.
ernestine_16: concerned (concerned)
Мне приснилось:
Я знаю молитву одну -
Ту, которая вмиг остановит войну.

И весь день
Возвращаюсь я к этому сну.
Сну, в котором я знаю молитву одну -
Ту, которая вмиг остановит войну.

Я не помню, я не помню ее наяву...
Но я сон этот вспять поверну.
Я с надежной сегодня усну,
Чтобы лучше запомнить молитву одну -
Ту, которая вмиг остановит войну!





2015г., сентябрь.
ernestine_16: в окошке (мери в окошке)
Была одна девочка, по фамилии Мартышина.
Сначала ее, конечно, все дразнили, но попозже она вышла замуж и стала Лягушина - точнее, Лягушина-Мартышина. И ее сразу перестали дразнить. Может, дразнившие выросли и приобрели другие интересы в жизни. А может, они поняли, наконец, что такая фамилия требует к себе уважения. Это вам не лягушка-мартышка, а Лягуша и Мартыша. Хоть в пояс кланяйся.

1.
Надо сказать, что еще в те времена, когда девочку дразнили, она тоже, как и ее фамилия, требовала к себе уважения. Не словами требовала, а предметами: свежим носовым платочком, чулками без дырок, коричневой картонной папкой на завязках, с которой ходила в музыкальную школу. На папке была изображена толстая трехструнная лира. Вот эта самая лира и раздражала обитателей девочкиного двора. Оттого и дразнили.
Ну нет, ну сами посудите: лира! А?
Ладно бы скрипка или дудка какая-то. Так нет же - лииира.
Честно говоря, и слова-то этого во дворе никто отродясь не знал. Мартышина как-то раз остановилась возле палисадника носочки поправить, повесила музыкальную папку на колышек - тут у нее и спросили все, что это за рога на папке нарисованы. Мартышина объяснила, но слово "лира" во дворе всё равно не прижилось, а вот дразнить ее теперь стали " мартышкой с рогами".
Эсфирь Михална, соседка, любила смотреть, как идет по двору Мартышина. Прошло время - и вместо носочков и папки Мартышина стала носить туфли на каблуках и сумочку через плечо. Эсфирь Михална по-прежнему любовалась ею и назвала ее тургеневской девушкой. Хотя это слово было для всех почти так же непонятно, как и лира.
После третьего курса Мартышина отправилась на педагогическую практику в пионерский лагерь имени ХХIV съезда КПСС. Ей дали отряд малышей - беленьких ангелочков, и всю дорогу в автобусе она их пересчитывала. И еще она боялась, что кого-нибудь в автобусе станет тошнить, хотя на самом деле тошнило только ее. Поэтому Мартышина весь путь держала между зубами спичку - это помогало.
Когда прибыли в лагерь, Мартышина не успела еще выплюнуть спичку, как один из беленьких ангелочков-октябрят, выпятив пузо, подошел к ней и произнес:
- Знаете, шо? А Мыкола всрався!
Мартышина покраснела до ушей и сразу поняла, что означало выражение "тургеневская девушка". Тургеневская девушка никогда не слышит и не понимает таких слов. Однако тургеневская Мартышина смогла вступить во взаимодействие с Мыколой, да и с другими тоже.
Правда, не сразу.
"Так вот вся жизнь в заботах и происходит", - любил повторять начальник лагеря.

2.
Однажды Мартышиной прописали пить лекарство. Кажется, настойку ревеня. На рецепте было написано: 0,5 л по столовой ложке 3 раза в день. Лягушина-Мартышина пропила это лекарство, и ей оно мало помогло.
Но в этом же рецепте, пониже, было предписано еще одно лекарство. Называлось оно ОСТАЛЬПО. Мартышина спросила в аптеке, но такого лекарства там не оказалось. В других аптеках тоже не было. И даже в дедушкиной "спецаптеке для бывших политкаторжан" о таком никто не слыхал. Лягушина очень расстроилась: а вдруг бы оно-то как раз и помогло?
И только спустя время, когда показала рецепт своей подруге-переводчице, догадались они вдруг обе, что в рецепте написано: " ... осталь(ное) по 1 чайной ложке 1 раз в день".
С тех пор что-нибудь редкостное, небывалое и дефицитное называлось у них в семье ОСТАЛЬПО.

3.
И была у Мартышиной двоюродная бабушка, баба Сима. Приехала эта бабушка у них пожить пару недель: в своем доме она полы покрасила, а краска долго сохнет.
Суровая была бабка Сима, неприветливая, притом интересовалась политикой.
По утрам она отправлялась с маленьким ключиком к почтовому ящику на первом этаже и возвращалась с газетами: "Правда", "Известия", "Гудок", а по средам еще и с "Литературкой".
Баба Сима плюхалась в шаткое кресло у окна, надевала очки, разворачивала свежую газету - и первым делом вскрикивала громогласно: - Р-р-рахит!
В комнате вздрагивало всё, что там находилось. Листья герани еще долго трепетали на тонких стебельках, а встрепенувшиеся голуби всё кружили и кружили в небе, не решаясь приблизиться к окну бабы Симы.
А баба Сима переворачивала страницу - и снова: - Рр-рахит!
"Кого это она так обзывает?" - думала юная Мартышина. Думала с тревогой, потому что к газетам у нее дома проявляли уважение: нельзя было завернуть ни хлеб, ни селедку так, чтобы на виду оказалось какое-нибудь серьезное напечатанное лицо. А тут с первой же страницы - и прям сразу: "Рахит!"
Но грозное бабкино "рахит" относилось и к разделу "Поэтической строкой", и к кроссворду.
Мартышиной делалось не по себе, да и соседи могли истолковать...
А читала газеты бабка несколько часов подряд, и все у нее там оказывались в итоге рахитами.
- Мам, на кого она так ругалась? - спросила Мартышина уже после бабкиного отъезда. - Кто рахит?
- Да никто. Это ж баба Сима так чихает. У нее на типографскую краску аллергия.
- Что у нее?
- Аллергия. Болезнь такая. Недавно ученые придумали.
ernestine_16: в окошке (Default)
А вы в детстве мечтали о капроновом платье?
Нет? Странно.
Все девочки мечтали, и Катя тоже.
Что можно себе представить красивее капрона? В универмаге, в отделе тканей, отрезы капрона были самые необыкновенные, и всех цветов.
Когда Катя пошла в среднюю группу детсада, появились капроновые банты. После дневного сна девочки по очереди подходили к воспитательнице: та сидела на детском стульчике и приводила в порядок прически девочкам. Мальчики расчесывались самостоятельно.
Катя протянула воспитательнице белую капроновую ленту.
- Откуда она у тебя? - спросила воспитательница, разглядывая прозрачный дымчатый капрон.
- Мама купила.
- Рупь двадцать! - покачала головой нянечка, прихлебывая в углу горячее какао. - С ума люди посходили!

У всех девочек ленты были атласные, скользкие, и банты у них развязывались то и дело. Катин бант сидел на голове цепкой аккуратной бабочкой - хоть бегай, хоть танцуй.
Воспитательница держала ленту одной рукой, другой рукой она придерживала хвостик на Катиной макушке.
Свободный конец ленты воспитательница обычно подхватывала зубами и, откинув голову, затягивала тугой узел.
Новый капрон скрипнул у нее на зубах.
- Давай помогу, - нянечка допила свое какао и подошла к Катиной голове. В четыре руки бант был завязан.
- Бант - как дом! - проворчала воспитательница, оглядывая свою работу.
" А зато красиво!" - подумала Катя.
- С капрона этого с ума посходили, - снова заметила нянечка.

... Посреди отдела тканей стояла невеста. Она была не настоящая, а как огромная прекрасная кукла. На ней было белое воздушное платье из двух частей: верхняя часть утягивала туловище невесты от талии до подмышек, а нижняя была как воздушный колокол, как дымчатый цветок, как белый туман - короче, как наряд феи. Сквозь капроновые оборки было видно, что продавщицы забыли надеть на невесту трусы - но над этим только самые дураки смеялись. Для Кати невеста была прекрасной и волшебной, ведь она была в капроне.
А мечтала Катя молча, про себя.
Потому и осталось капроновое платье навсегда Мечтой, что мечта эта так и не сбылась.
А у других девочек - сбылась. Они ходили в летний парк и на первомайскую демонстрацию в розовых и сиреневых платьях на атласном чехле - плыли, как гордые праздничные облачка. И были они легче воздушных шариков, которые держали в руках.

Однако было, было у Кати платье - не хуже капронового, но с капроновым не сравнить.
"Дэдэрон", - прочитала Варя незнакомое слово на ярлычке.
Платье Катя ходила покупать вместе с дедушкой, в особом магазине, который без вывески. Но платье дедушка ей сразу не отдал, спрятал: это был от него подарок Кате к 8 марта.
А для Катиной мамы дедушка купил в этом магазине железную коробочку. В коробочке были маленькие пакетики, а в пакетиках - чай. Ни Катя, ни дедушка такого чая никогда раньше не видели. Кажется, и никто не видел.
- Вот, - сказал дедушка, протягивая Кате коробочку. - Спрячь и никому не показывай. Подаришь маме на праздник.
Катя задумалась. Ведь чай купил дедушка, а подарит Катя - так нечестно. Катя должна к этому чаю что-то добавить от себя, придумать что-то.
Катя пошла в дедушкин кабинет и открыла крышечки чернильниц на письменном столе. Она макнула перо в чернильницу и стала писать чернилами - черными и синими...
- Ну что, купили хоть платье-то? - войдя в кабинет, спросила тетя Люда.
- Да, - не отрываясь, ответила Катя.
- Какого хоть цвета?
- Салатовово...во...- продолжала писать Катя.
Катя писала: "Поздравляю", "Желаю счастья", "Пусть сбываются мечты".
Она писала это чернилами на пакетиках с чаем.
На каждом пакетике с чаем.
ernestine_16: в окошке (Default)
Когда трещит за окнами мороз
И дни тоскливы,
Как хочется, чтоб кто-нибудь принес
Такие сливы!

А ну-ка, дай, подброшу-ка я их
И покручу-ка!
Они - как будто детские мячи
Из каучука.

Ты посмотри, как светятся они
Янтарно.
Наружу сок сквозь трещинку проник
Нектарно.

Когда же свою душу ублажу
Я сливой,
Под ёлкой косточку я посажу -
Красиво!



Август 2015г.
ernestine_16: в окошке (Default)
Если бы тогда уже существовали холодильники, Христофор Колумб привез бы из Америки свежие продукты.
А так - он привез семена.

- Бабушка Консолата! Бабушка Консолата! - галдели дети. - Можно, мы посадим эти семена возле канавы?
- Э! Там им и место, - проворчала старуха, выливая в канаву помои.
- Может, от них нам будет какая-то польза? - тихо спросила Лиза.

- Бабушка Консолата, бабушка Консолата! А твой Джордано достает из золы и ест те клубни, которые ты вчера выбросила в костер!
- Джор-дааааано, моя детка!- пропела с упреком бабушка, утирая подолом чумазый рот Джордано.- Зачем ты полез в костер? Зачем ты ел эту гадость?
- Это вкусно, - ответило дитя.
- Святая Мадонна, как это может быть вкусно?!
- Я добавил туда немного соли.
- Соли?! А вот за это тебя колесуют, мерзавец! Ишь, воровать соль!
- Я взял совсем немного, в шкафчике, за пучками мяты и базилика.
- Что ты еще брал?!
- Больше ничего, клянусь небом.

...Там, за пучками базилика, были какие-то семена - мелкие, плоские, желтоватые. Джордано посадил их не у канавы, а на развалинах крепостной стены - чтобы козы не тронули.
Длинный пастух Тома все-таки заприметил кустики с остро пахнущей ботвой.
- Никакого толку не будет,- говорил Тома.
- Посмотрим, - отвечал Джордано, поливая кустики теплой водой из треснувшего горшка.
- Не верю, - говорил Тома и шел к своим козам.

...Джордано не дыша протянул руку и сорвал ярко-красный шар. На макушке красного шара осталась маленькая зеленая корона.
Джордано понюхал шар. Страшно...
Но как пахнет!
Джордано торопливо осенил себя крестным знамением, зажмурился и смело вонзил мелкие зубы в тонкую кожуру. Сок ни на что не похожего вкуса оросил пересохшее от страха горло.
Сока было много - почти как в апельсине, но не сладкого, не приторного, а именно такого, какого всегда не хватает в жару. Наверное, это тоже вкусно с солью. Надо бы попросить щепотку соли у пастуха. А вот и он.
Джордано протянул ему красный шар:
- Отведай, Тома! Это вкусно.
- Не собираюсь гореть в аду, - проворчал Тома и ушел к своим козам.

"Томааааа-то",- вертелось в запрокинутой голове Джордано, когда он принялся за следующий помидор.

...А в конце лета бабушка Консолата уже укладывала маленькие твердые помидоры в глиняные горшки, пересыпая их зеленью укропа, резаным чесноком и зернами горчицы.
Она консервировала.
ernestine_16: в окошке (Default)
Чирикнет птичкою звонок
У Кононенко.
Лишь только ступишь на порог -
Ковёр! И стенка!

Так вожделенны, так важны
В самооценках,
Они - мечта большой страны,
Ковер и стенка.

Играет солнце на шкафах,
На гладких дверцах.
Ковер аксминстерский - ах! ах! -
Услада сердца.

На нем узор, как будто из
Калейдоскопа.
Верх - там, где потолок, а низ -
Где ваша попа.

И, продолжая этот ряд,
Спускаясь долу,
С дивана кисточки висят
До полу.

По блату в мае, для своих
Ввели уценку -
И тут же расхватали вмиг
Ковры и стенку.

А Ленка - в мебельном она
Год отмечалась!
А не досталось ни хрена -
Нет, не досталось.

Нет стенки! Угол в ширину
Казался б шире.
И нет ковра во всю стену -
Три на четыре...

Была бы чуточку наглей,
Хитрее Ленка -
И было б всё как у людей:
Ковер! И стенка!

Теперь в музеях красота
Живет, нетленка.
Осуществленная мечта:
Ковер и стенка.





2015г.
ernestine_16: astonished (astonished)
В самом центре буфета, повторю, стоял телевизор "Рубин".

Так вот, в задней стенке буфета был обнаружен тайник, а в тайнике лежал сверток.
А в свертке том - руки дрожали, пока разворачивали! - лежал техпаспорт на этот самый телевизор "Рубин"...

***
В тексте, как и в жизни, всегда есть подсказка.
ernestine_16: в окошке (Default)
Концерт учащихся музыкальной школы зачем-то назывался так: академконцерт.

И теперь Катя с Любой изо всех сил бежали вверх по крутой улице Паторжинского. Учительница приказала немедленно принести дневник, чтобы комиссия написала там свои впечатления для родителей Любы.
Бедная Люба и так волновалась перед академконцертом, а тут еще этот дневник! Катя вызвалась бежать с Любой вместе, потому что бегала Катя всё-таки лучше, чем играла.

Люба жила не так уж далеко от музыкальной школы. Дом был двухэтажный, из красного кирпича, с деревянными лестницами.
Комната Любы оказалась совсем крошечной: только пианино с табуреткой и кровать. Сразу было видно, что никакого дневника там нет.
В бабушкиной комнате девочки искали и на столе, и на диване.
- Посмотри в буфете,- посоветовала бабушка Любе.
И вот тут Катя обернулась - и увидела этот буфет. И оказалось, что у Любы не комнатка даже, а уголок, отгороженный этим буфетом.
А буфет уходил куда-то ввысь, ширился и громоздился своими тумбами, ящиками и резными колоннами. Он закручивался по бокам совсем темными закоулками - и оттуда, из невидимой глубины, светились ажурными салфеточками многочисленные полки и полочки.
Буфет был похож на слово "академконцерт". Это был академбуфет.
В самом центре буфета, на мраморной площади, стоял телевизор "Рубин".

Но некогда было разглядывать буфет: Люба уже нашла свой дневник за цветами на подоконнике, и девочки помчались обратно.
- А где твои родители? - спросила Катя у Любы. И Люба показала ей медную монетку государства Сьерра-Леоне и сказала: - Они там.
Катя уже знала, что не всегда нужно расспрашивать, кем работают родители. Было у них в городе такое таинственное слово, слово-пароль: Южмаш.
Бесполезно было спрашивать у работника Южмаша, что он там производит, потому что работник неизменно отвечал : - Велосипеды.
Даже если на самом деле он выпускал трактора.

Люба в музыкальной школе училась отлично, а Катя - с тройки на четверку.
Из каких-то педагогических соображений учительница дала им обеим играть на академконцерте пьесу в четыре руки. У Любы была сложная и красивая мелодия, а у Кати - аккорды, басы.
Катя тоже очень старалась и сбилась всего раза два или семь. Правда, она закончила игру на два такта раньше Любы, но вряд ли комиссия обратила на это внимание.

Через два месяца Катя бросила музыку и всерьез увлеклась балетом. А с Любой стала заниматься известная преподавательница музучилища.
Однажды Катя встретила Любу в центральной булочной. Люба рассказала, что родители ее уже вернулись, получили просторную квартиру на Проспекте, и бабушка живет теперь с ними.
Когда бабушка перевозила свои вещи, она не захотела расставаться с буфетом. Но буфет был совершенно неподъемный, и его пришлось распилить на части.
И вот когда снимали заднюю стенку буфета, там обнаружился тайник, а в тайнике лежал сверток.

Что было в том свертке?
ernestine_16: в окошке (Default)
Мама опять скомкала лист бумаги.
Ничего не получается, как ни считай.
На костюмы для танцевального ансамбля нужны бусы - сто семьдесят бусин, ровно по семнадцать штук на каждую участницу. И где их взять?
Сто семьдесят одинаковых бусин размером с копейку. Ярко-красных, легких, чтобы не мешали на шее. Алые блестящие бусы в один ряд. А лучше бы - в два...
И всё это - назавтра.

Дворец пионеров костюмы не дал: самим нужно, городской смотр как-никак.
В ДК машиностроителей костюмы предлагали, красивые, с блёстками. Но размеры! А у мамы ведь девочки маленькие, 4й класс.
Выручили, как всегда, те, от кого помощи и не ждали: швейная фабрика имени Володарского. На фабрике научились из обрезков ткани шить костюмы союзных республик. ПТУшницы шьют, стараются: с вышивкой, тесьмой, аппликацией. Это у них в ПТУ вроде контрольной работы. Костюмы - словно куколки!
Только вот бусы...
В магазинах бус никаких не нашли: украшения - это буржуазный пережиток.
Тогда мама велела участницам ансамбля принести бусы из дому.
Батюшки, что они притащили! Даже ёлочные...

Вот и приходится всё делать самой.
Мама снова обратилась к газетным вырезкам. Что тут пишут в "полезных советах": бусы из шишек, бусы из желудей, бусы из рыбьего пузыря - фу!
Мама скомкала еще один лист бумаги. Остался всего лишь день - и что можно успеть? А нужно успеть сделать открытие.
Открытие всегда валяется под ногами. Мама посмотрела на пол - пусто.
Так. Открытие - это соединение воедино того, что до тебя никто не догадался соединить.
Того, что в одной руке - с тем, что в другой руке.
А что в руке?
А в руке скомканная бумажка. Шарик.
Шарик, бусинка!
Мама намочила руки и стала скатывать шарики.
- Катя! Тащи дедушкины газеты!

Спасены! К вечеру на стульях, на перевернутых табуретках, на спинках железных кроватей подсыхали бусины, нанизанные на ниточки.
Бусы были раскрашены красной гуашью и покрыты сверху слоем канцелярского клея: чтобы блестели и не пачкали костюмы.
Варя старательно отмывала кухонную клеенку от пятен гуаши.
Кате нравилось красить бусы.
- Вот что такое открытие! - объясняла она Варе. - Берешь что-то ненужное - и делаешь из него нужное!
- Не всегда, - отвечала ей Варя.
ernestine_16: в окошке (Default)
Дедушка сидел в комнате на топчане и читал газету.
Натаха, уцепившись пальчиками за нитяную сетку, поднялась в своей кроватке на толстые ножки и громко сказала:
- ПАПА - ПАК!
Дедушка вздрогнул и обернулся.
- Пак-пак, - лепетала Натаха.
- Кто Пак? - машинально спросил дедушка.
- Папа! - тут же выкрикнула Натаха.
"Не может быть!" - подумал дедушка. Он снял очки и взял Натаху на руки.
- Гооой-да! - принялся дедушка раскачивать Натаху, а она щурила узкие черные глазки и смеялась мелким младенческим смешком. Дедушка носил Натаху по комнате и приговаривал:
- Ах, ты ж моя цыпонька! А где дедушкины книжечки? Вооон сколько у дедушки книжечек! И дедушка их все-все перечитал...
- Пак! - отчетливо произнесла Натаха и ухватилась за толстую книгу в неброском переплете - "Порт Артур".
- Ай, цяця книжечка! - тараторил без умолку дедушка. - А где тут картиночки? Вооот, смотри: кораблик! Бронепалубный крейсер!
- Папа! - радостно взвизгнула Натаха.
- Да где? - недоверчиво пробормотал дедушка и надел очки. Под картинкой было написано: "Канонерская лодка "Кореец". Дедушка ахнул.
- Варя, Варечка! - позвал он дочку, Натахину маму. - Варя! Натаха что-то знает...
Варя внимательно посмотрела дедушке в глаза:
- Пап, ты лучше ляг, отдохни...
- Варя! Говорю тебе, это всё гены! Ге-ны!
Варя привычно загрустила. А сытая веселая Натаха демонстрировала весь свой небогатый репертуар: и ладушки, и сороку, и ку-ку...

...В то лето Боречка, Варин брат, отправился на целину.
На этюды.
В письмах он писал:"Проводим комплекс мер по ликвидации отставания в сельском хозяйстве". Или: "Планируем распахать 43 млн га целинных и залежных земель". О себе сообщал, что живет в вагончике, работает над пейзажем зернового совхоза - и тетя Люда была за Боречку вполне спокойна.
И вдруг - какая-то неожиданная командировка в Кзыл-Орду, а потом несколько странных писем о красках заката, о снегоходе, похожем на слона...
- Что-то с ним не то, - забеспокоилась тетя Люда.- Надо срочно к нему ехать.
Но сама она ехать не могла, а дочку Варю отправить боялась, поскольку считала ее дурэпой, не приспособленной к жизни. Пришлось к Боречке ехать Катиной маме вместе с Варей. И Катю с собой взяли.
Добирались поездом пять дней. Катя успела подружиться со всеми детьми в вагоне, потом поссориться навсегда, а затем снова подружиться.
Потом еще ехали, другим поездом.
Катя с мамой поселились в деревянном домике, а Варя с большим чемоданом поехала дальше искать Боречку...

...Сашка Пак был родом с Дальнего Востока. В 38м его с родителями и старой бабушкой привезли в казахскую степь. Был сильный мороз. Чужие мальчишки кричали ему:
- Съешь собаку, съешь собаку!..

...В Кзыл-Орде Боречки тоже не оказалось, но Катя увидела там маленькие аккуратные поля с ровными канавками и будто кукольными мостиками через эти канавки. На полях росли ярко-зеленые кустики перца и очень крупный лук. А вот арбузы были мелкие, почти черные снаружи. Но до чего же сладкие! Дядя Ким говорил, что это сорт "огонёк". Он варил для Кати с мамой раков с укропом, только Катя боялась их есть, потому что у них лапки, как у дохлых жуков.
Старенькая жена дяди Кима носила суконную юбку, а на ногах у нее были не чулки, а узкие белые штанишки. Маленькими коричневыми пальцами она быстро-быстро перебирала травинки: полола. Мама и Катя пытались ей помогать, но весь день просидеть на корточках под палящим солнцем было тяжело. У мамы начинала кружиться голова, и старенькая жена дяди Кима молча приносила ей попить и усмехалась. На коричневом пальце у нее ярко блестело очень толстое кольцо.
Мама с Катей потом получили телеграмму и поехали к Боречке в Павлодар. А тетя Варя осталась...

...- Ну дурэпа, от дурэпа! - причитала дома тетя Люда. - Ей одного кытайця в доме мало - нет, она еще привезет!
Катя догадывалась, что "кытайцем" тетя Люда почему-то называла Тольку. Катя всё ждала, кого же Варя привезет - а она так никого и не привезла. "У нас закрытый город", - опустив глаза, говорил дедушке Катин папа.
Катя представляла себе над Днепропетровском большую зеленую крышку от кастрюли. Кто-то большой ( Бог или Гагарин) приоткрывает эту крышку и заглядывает сверху в Днепропетровск:
- Ну?! Как вы там, не шалите? А то смотрите мне!
К Новому году вернулся Боречка. Он привез всем в подарок сухие колосья пшеницы.
А в июне родилась смуглая черноглазая Натаха.
- Ты б написала ему, - говорила Варе бабушка. Но Варя только грустно мотала головой.
- Дурэпа ж, - объясняла бабушке тетя Люда, пеленая толстые Натахины ножки.

И, кроме папы, больше никто никуда не уезжал. И, кроме Боречки, про целину никто не вспоминал.
И только буфетчице тете Нонне, за бокалом пива в партшколе, дедушка говорил:
- А как еще можно было в рекордно короткий срок такой космодром отгрохать - и чтоб секретно? Ведь это же си-ли-ща, сколько техники в Казахстан ушло, сколько народищу! Сколько дорог провели! Вот и построили космодром под видом освоения целинных и этих, как их, залёжных земель! А освоение это на самом деле было всем до одного места!
Тётя Нонна сочувственно кивала дедушке.
Дедушка про мироздание знал всё.
ernestine_16: в окошке (Default)
Тетя Люда готовила вкусно. Одна беда: по выходным она увлекалась вегетарианством.
- Разгрузочный день! - громко объявляла тетя Люда и ставила перед дедушкой глубокую селедочницу, полную бледных вареных овощей.
Дедушка заранее кривился, подносил селедочницу к носу и если был в хорошем настроении, грустно пел:
- На первое -
Щи!
На второе -
Овощи!
А на третье -
Карета скорой помощи!
А иногда настроение у дедушки было плохое. Тогда он с глухим стоном переворачивал селедочницу вверх дном:
- Не могу я есть эти ваши Еды!
Тетя Люда ахала, а бабушка ему строго говорила:
- Не порть ребенку аппетит.

Ребенок - Катя. Толстую Натаху кормили из бутылочки с соской, вредный Толька куда-то убегал еще до завтрака - так что ребенком за столом была одна Катя. Но ей испортить аппетит было никак невозможно: Катя вообще ничего не ела. Никогда.
- Сухой бы корочкой питалась! - говорила о Кате тетя Люда словами неизвестного поэта.
Катя смирно сидела перед своей маленькой селедочницей и рассматривала узор по краям. Там закручивались цветочки, похожие на человечков: каждый цветочек будто протягивал соседнему изогнутую ручку-стебелек, а тот - следующему, и так по всему краю селедочницы.
"Этот - этому, тот - тому..." - шептала Катя. Голова слегка кружилась от круговорота цветочков.
- Ешь, немощь! - уговаривала бабушка.
- Я не могу, мне плохо.
- А потому что ты не ешь!
Неожиданно за Катю заступался дедушка:
- Вставай, пошли! - командовал он. И Катя с дедушкой направлялись в прихожую.
- Ты далеко? - волновалась тетя Люда.
- Налево! - отвечал ей сердитый дедушка.
Иногда они действительно поворачивали со двора налево и шли к трамваю. Трамваем доезжали до Озёрки и шли на Проспект. Там стояла библиотека, маленький домик со стрельчатыми окнами. Дедушка ходил в эту библиотеку, чтобы поговорить.
- Я приветствую вас! - восклицал дедушка, входя в тихий читальный зал.
Ему многие улыбались, доцента Доценко здесь знали давно.

Дедушка сразу подсаживался к свободной сотруднице, Катю устраивал рядом.
- Философия не имеет никаких ограничений,- начинал дедушка вполголоса.- В планетарном масштабе философские понятия - они сопоставимы!
Сотрудница учтиво кивала, на всякий случай изогнув бровь. Говорить дедушка умел долго, его трудно было остановить.
- Вы...вы ведь у нас записаны? - спрашивала какая-нибудь новенькая сотрудница.
- Еще как! - хохотнув, откликался дедушка.
- Что будем брать? - обрывала дедушкины монологи заведующая читальным залом, полная дама со сложной белой прической.
- Я интересуюсь только по своей теме! - улыбался ей дедушка.
- Напомните, пожалуйста, вашу тему.
- Мироздание! - широко разведя руки, отвечал дедушка громко.
- Тссс! - шептала Катя.

Полная заведующая щурилась:
- Как я вам завидую! У нас тут комиссия за комиссией, а как хотелось бы отвлечься и...тоже... Улететь на далекие планеты!
Дедушка смотрел на нее удивленно:
- А зачем тебе лететь на дальние планеты?
- Может быть, там есть жизнь!
- Живи здесь, - советовал ей дедушка.
- Здесь я никому не нужна,- вздыхала заведующая, перебирая пустые бланки в коробочке.
- Откуда ты знаешь?
- Меня все не любят, - доверительно шептала заведующая.
- А ты что, у всех спрашивала? - смеялся дедушка.

Смеялся он долго. Закашлявшись, принимал из рук доброй заведующей чашечку кофе, а потом и блюдечко домашних пирожков с печенкой. Катю угощали тоже.
- Ваш автореферат так и не нашелся, - сокрушалась новенькая сотрудница.
- Та, чи не горе! - отмахивался дедушка, жуя пирожок.
- Видите ли, научные труды...
- Ну дай поесть человеку! - возмущалась заведующая, подкладывая дедушке еще пирожков и варенья из банки.
Сытый дедушка еще долго рассказывал про свое любимое мироздание. Катя доставала из круглых коробочек и разглядывала на свет научные диафильмы - без картинок, неинтересные.

В обеденный перерыв вместе с сотрудницами библиотеки дедушка и Катя отправлялись в уютную столовую партшколы. Дедушка брал всем по порции шашлыка в алычовой подливе. Катя снимала с шампура пальчиками горячий пряный кусочек, макала в подливу, ела.
- Лопай так, чтоб аж за ушами трещало! - подбадривал дедушка Катю, но библиотекарши почему-то принимали это на свой счет и робко хихикали.

Через час в столовую входили сотрудники партшколы - серьезный мужской контингент в пиджаках.
Эти брали пиво.
Дедушка разрешал Кате отхлебнуть из своего бокала: Кате очень нравилась пена.
- Сто восемьдесят градусов - это и есть пятьдесят процентов, - продолжал дедушка свой бесконечный монолог.
Катя ковыряла фанерную спинку буфетного стула:
- Дееееда, ну пойдем уже!
- Да-да, - спохватывался дедушка. И они шли вдвоем к трамвайной остановке.

- Голова! - уважительно произносила буфетчица тетя Нонна, глядя им вслед.
- Но про градусы я шо-то недопонял, - говорил один из сотрудников партшколы, рассматривая свой бокал на свет.
- Доцент! - поясняла тетя Нонна.

Дедушка был доцентом кафедры физкультуры.
ernestine_16: в окошке (Default)
Покоритель целины Боречка Доценко вел маленький дневничок-блокнотик.
Спустя много лет Кате удалось прочитать, что там было написано.

Каждую страничку Боречка аккуратно расчертил, разделил на колонки. Первая колонка была датой.
Вторая колонка называлась ПРИХОД, туда Боречка записывал сумму зарплаты в рублях и копейках ( аванс и получку отдельно), какие-то непонятные "доходы от МШ" и время от времени "получено от Г".
Третью колонку Боречка, конечно же, озаглавил РАСХОДЫ. Как ни странно, расходовал он совсем немного. Чаще всего в этой колонке попадалось слово "галстук":
- Галстук ЧССР 4 р 20к.
- Галстук пестроватый, на резинке АзССР 8р 16к.

Еще там встречались:
- Одеколон "Эллада" 80к.
- Дафнии рыбкам 20к.
- Стрижка полечка без одеколона 37к.
- Шнурки черные 40к.
- Зонт отечественн. 17р. ( перечеркнуто; сверху помечено: "Сломался через 16 дней").
- Новый блокнот для записей моих приходов и расходов в твердой обложке 4р 11к.
- Наушники вязан. зимн.серые 6р. и т.д.

Изредка возникали "подарки на 8 март", "Подписка на газеты и журналы" и " Нов. год".
"Взносы", "Проездной билет", "Дал маме уплатить за кв." - это всегда, годами одинаковая сумма.

Еду на работу Боречка брал из дому, звякали в портфеле 200-граммовые баночки от виноградного сока.
Стоять в очередях он не любил, продукты выбирать не умел, торговаться на рынке стеснялся.
Потому и денег за еду тете Люде Боречка никогда не давал.
- И не надо мне его денег, - говорила тетя Люда бабушке. - Что я, сынчику тарелку борща не налью?
Борщ был густой, наваристый, с домашней сметаной. На второе - плов "на рэбэрцях" или отбивнушки в сухариках. К чаю всегда пирожное "Лето" или халва с арахисом.
С лёгкой отрыжкой Боренька отходил от стола, ложился на диван - по диагонали, ближе к свету - и заполнял четвертую, последнюю колонку в своей книжечке.
Называлась она ДОХОД С РАСХОДА.

Приобретенные галстуки и другие вещи Боречка время от времени относил в комиссионный:
- За серый пиджак - 26р.
- За светильник "В космос!" - 2р.
Собственно, светильник "В космос!" никогда не значился в статье расходов, он был подарен Боречке коллективом сотрудников. Однако в блокнотике и в Боречкиной жизни светильник был превращен в рубли.

Если бы Боречка тратил деньги на продукты питания, он бы наверняка старался извлечь прибыль из съеденного тоже.
"Ест из-под себя,"- ворчала бабушка, предвидя этот оборот.
Нет, Боречка не был крохобором. Он никогда не подбирал с земли денежку - ну разве что металлические рубли, но они попадались крайне редко, как ни искал глазами. И в таксофоне Боречка никогда не проверял случайный возврат монетки, хоть у многих людей этот жест вошел в привычку.
А вот зато на работе Боречка устраивал вещевую лотерею! Он предлагал коллегам приносить из дому ненужные вещи: лишние сувениры, надоевшие статуэтки, нелюбимые подарки, просто книги. На каждую принесенную вещь Боречка прикреплял номерок. Коллеги без интереса тянули карточки с номерками - и вместо своей ненужной вещи получали чужую ненужную.
Боречка ликовал: лотерея была беспроигрышная, ни один участник не уходил домой с пустыми руками - даже когда выигрывал ту же самую вещь, которую только что принес. А Боречка всегда был в выигрыше: ведь принесенные из дому предметы превратились в другие, которые можно было подарить родным "на 8 март" или на "Нов.год".
Вот почему четырехлетней Кате он преподнес пьесу "Горе от ума", а Катиной бабушке - промышленный пейзаж города Никополь, хоть ни он, ни бабушка никогда в Никополе не были, да и не собирались.
ernestine_16: в окошке (Default)
У многих детей папы тоже работают на заводе.
У Вовы Мокеева папа выпускает на прокатном стане прокат.
Это понятная работа. Дети часто друг друга просят: "Дай напрокат!"
Возле базара Катя читала вывеску: "Пункт проката".
Там в витрине выставлено всё, на чем можно прокатиться: велосипеды, коньки и детские коляски.
Наверное, вот это и есть прокатный стан.
Палатки там тоже выдают - для тех, кто хочет прокатиться к морю.
А вот зачем в витрине фужеры - непонятно. Синие и зеленые фужеры из тонкого стекла - что это за прокат? Куда с ними прокатишься?
Однажды была свадьба у соседки Ляли Кучеренко, так там специально кто-то разбил два таких же бокала "на счастье". А Лялина бабушка заметала веником осколки и качала головой:
- Вот мракобесы! Сколько теперь в "Прокат" платить за разбитое!

У Серёжи Мажары папа тоже работает на заводе - на пивзаводе.
Катя слышала, как Серёжина мама кричала мужу: "Ти пив, пив! Я знаю, що ти пив!"
Ну а как же, ведь это пив-завод, что ей непонятно?

Еще на заводе работает Валин папа, он делает трубы. Должно быть, те самые трубы, с дымом, которые Катя рисует на крышах домиков.

А вот что на своем заводе делает Катин папа, Катя не знает. Мама говорит, что этого никто не знает.
А папа говорит, что на его заводе делают штуки.
Эти штуки рассылают потом по всей стране: и туда, где верблюды, и где белые медведи, и в большие города, и в совсем крошечные деревушки где-то в горах.
Это очень нужные какие-то штуки, только их необходимо сначала наладить - а никто их налаживать не умеет, кроме Катиного папы. Поэтому он всё время ездит в командировки и помогает людям повсюду, чтоб они пользовались штуками.

Катя представляет себе штуку, как газовая плита.
Вот люди где-нибудь высоко в горах захотели, например, нажарить себе сырников, а штукой пользоваться не умеют.
Намешали они творога с мукой - и сидят, ждут, пока Катин папа приедет и всё им наладит.
Штуки и ломаются очень часто. Тогда папа едет в какую-нибудь пустыню два-три раза подряд, пока всё не починит.

Катя рассуждает в садике за полдником:
- Например, у них там штука похожа на проигрыватель. И они не знают, куда им в пустыне провод подсоединить, чтобы пластинку с песней послушать. Так что папа тянет им по пустыне провод: нате, люди, слушайте свою пластинку!
А пластинка вдруг - раз! - и упала в горячий песок. Не разбилась, конечно, но испортилась, заедает. И тогда папа везет им в пустыню новые пластинки для их штуки: "Джамайку" маленького Робертино или модный чарльстон "Бабичка".

Ребята за полдником слушают Катю с уважением. И только няня Ксеня, вытирая стол тряпкой, бормочет:
- От брехло малое!

Катя очень скучает, когда папа уезжает в командировку "світ за очі", как бабушка говорит. Папы долго нет, и Катя успевает забыть его глаза и рубашки. А потом он вдруг приезжает! Всегда неожиданно, не сообщив о приезде телеграммой.
" Подозревает!" - шепчет тётя Люда бабушке на кухне.
- Тю! - отмахивается бабушка. - Просто не хочет, чтоб мы ради него с пирогами всю ночь возились!

Но они всё равно возятся с пирогами, когда папа приезжает - все пять дней, до его следующей командировки.
ernestine_16: в окошке (Default)
Рыжая Ритка вдруг заверещала под окном:
- Ой, тётечка Людочка, ой, бегите сюда скорей! Толька ваш палитику устроил!
- Божечки! Шо такое? - отряхивая намыленные руки, бежала из кухни тётя Люда. - Какую еще политику?
- А вон, вон, смотрите: бумажки палит и с крыши вниз кидает!!
- Фух, перепугала, - сразу успокоилась тетя Люда, поправляя на шее мелкие красные бусы. И тут же, глубоко вдохнув, изо всех сил закричала куда-то во двор из окна:
- Толькааааа! От я возьму лозину! От я щас как возьму лозину! У тебя мать партийная, шо ж ты ее позоришь, а?!
Прислушалась.
Тихо...
Тольки нигде не видно, лишь ветерок доносит запах горелой бумаги...

Вдруг: - Тёть Людаааа!!
Снова Ритка:
- А ваш Толька опять шкоду сделал.
- Ну?
- Он Максимовны собаке будку кирпичами заложил.
- Зачем?
- Шоб собака не загавкал.
- Зачем?? - всполошилась тетя Люда.
- А он это...перелез в огород до Максимовны, будку кирпичами заложил, а сам - в сарай!

Но тетя Люда уже не слышала.
Она кинулась к Толькиному портфелю, вытряхнула его содержимое на пол и подняла маленькую коричневую картоночку - членский билет Общества охраны природы.
Размахивая этим билетом, тётя Люда кричала посреди двора:
- Толькаааа!
Она была совершенно уверена, что внук ее слышит.
- Я, Толька, всё вижу! Я вижу, как ты шкодишь! Как ты природу ломаешь! Я, Толька, щас твой билет...
Ты недостоин!..Вот этот билет - порву!
- Не рви,- негромко сказал где-то рядом Толька.
Он вышел из-за сарая Максимовны, весь в каких-то опилках, тихий и послушный. Табаком, или еще чем, от него не пахло.
- Ты для чего кирпичами будку у Максимовны заложил?!
- Сюрприз чтоб сделать.
- Кому - Максимовне?
- Шарику...
За огородом, за кустами боярышника старенькая Максимовна кротко взывала: - Шярык! Шярык! Иди кушать, шоб тебя!..Шяяаааарыыыык...


- Ой, божечки! - сокрушалась тётя Люда. - В чужой сарай полез, а мать партийная. Докатился!
- Баба, я...
- Иди до деда, не позорь меня на весь дом!
- Билет отдай, - напомнил Толька.

В кухне громко тикали часы с маятником.
Толька крошил в молоко серый хлеб, шмыгал носом.
Дедушка ждал, пока хлеб в Толькиной селёдочнице впитает всё молоко, подливал еще и еще.
- Уголки подошли? - спрашивал дед. - Там надо было заподлицо уголки прибивать...
- Я знаю,- отвечал Толька.
- ...чтоб собака не поранился об уголки в будке.
- Та я понял! - отвечал Толька.
- Мы с тобой, Толька, как стемнеет, перенесем старую будку за гаражи. А твой сюрприз на ее место поставим.Сосновой стружки я тебе дам, в новую будку насыпать. От сосновой стружки у собаки блох не бывает.
- Я помню, я насыплю.
- Поел? Пошли! - скомандовал дедушка-доцент. - У Максимовны рано спать ложатся.
ernestine_16: в окошке (Default)
Бабушка кричала, выглянув из окна во двор:
- Дети! Идите сухарь докушивать.
Это она так звала к столу. Шутила так.

Бабушка любила, когда все одновременно усаживаются за стол.
На столе каждому полагается своя селедочница.
С посудой было очень плохо. Тарелки нигде не продавались. У одной женщины на базаре Толькина мама купила сервиз: супницу с трещиной, две сахарницы без крышечек и одиннадцать селедочниц разного размера.
- Дурэпа, от дурэпа! - ругала ее за это тетя Люда.
Впрочем, она ее всегда называла Дурэпой.
Толькина мама была дочкой тети Люды. И дедушки тоже.

А бабушка Толькину маму никогда дурэпой не обзывала.
- Она умница, в институте училась, диссертацию писала. А потом Толька родился. Просто так получилось, - рассказывала бабушка соседкам во дворе.
Соседки молча кивали. С бабушкой никто не спорил, а про жизнь Дурэпы и так все знали: так получилось. Сперва Толька получился, потом толстая Натаха...

Дедушка Толькину маму тоже никогда дурэпой не обзывал. Он молча обнимал ее и прижимался щекой к ее волосам, и шпильки ему не мешали.
Так они и сидели в обнимку, перед окном с геранями, и смотрели в окно, как гаснет день.
А вредный Толька с громким криком "хенде хох!" вбегал в комнату - и быстро включал свет!
Но ни дедушка, ни Толькина мама его не ругали. Они молча оборачивались и смотрели, как он убегает в коридор. И было видно, что глаза у них полны слез - от яркого электрического света.

Диссертация Толькиной мамы лежала в угловой комнате на этажерке. Называлась она "Структурно-семантические особенности синонимичных фразеологизмов в современной научно-популярной литературе КНДР". И это была вторая книга, которую Катя прочитала. Точнее сказать, читала она пока еще только обложки.
Первая ее книга, совсем тоненькая, была вот с какой обложкой: "Про-гра-мы-мы-а кы-пы-сы-сы".
Оказалось, что чтение - это очень веселое занятие. Надо же, кы-пы-сы-сы!

- Дедушка, а что такое программа кы-пы-сы-сы? - спросила Катя после обеда.
Доцент Доценко убирал в буфет свой графинчик - химическую колбочку тонкого стекла, где плавали квадратики лимонных корочек.
Хлопнула буфетная дверца, звякнули стеклышки.
- Про-грамма, говоришь? - глухо проговорил дедушка.
И вдруг поднял руки вверх, топнул войлочными тапками и запел:
- Из Москвы пришла программа:
С...ь не меньше килограмма!
Тетя Люда шикнула, замахнулась через стол кухонным полотенцем, но доцент успел допеть:
-Кто наложит целый пуд,
Тому премию дадут!

- Соседи слышат! - зашипели мама с бабушкой.
То, что Катя слышит тоже, никого не беспокоило.
ernestine_16: в окошке (Default)
Во дворе рыжая Ритка похвасталась Кате:
- А я вчера песню сочинила, про любовь! Там одна герцогиня полюбила принца по имени Джек.
- Джек? - удивилась Катя.
- Джек. А что?
- У нас собачка Джек садик сторожит.
- То другой Джек. Вот слушай!

И писклявым голосом Ритка запела на мотив "Однозвучно гремит колокольчик":

- В одном дальнем лесном городишке
Герцогиня с служанкой жила.
До семнадцати лет не любила,
А потом себе принца нашла...

- Где нашла? - заинтересовалась Катя.
- Неважно. Слушай дальше:

...Она принца так крепко любила,
Даже жить без него не могла.
Но одной очень темною ночью
К герцогине служанка пришла...

- А как звали служанку?- спросила Катя.
- Ну откуда я знаю? Как-то. Ты слушай, сейчас самое интересное начинается:

...Что стоишь ты одна, герцогиня?
Принц на танцах танцует с другой.
О тебе он всегда забывает,
О любви твоей, вечной такой...

Катя вздохнула:
- Еще долго?
- Не твое дело! Слушай!

...Услыхав эту речь, герцогиня
Написала записку ему.
А в записке она сообщала:
"Жива буду - за всё отомщу!"...

- Как она отомщит?
- Вот ты сбила меня опять! Дура! Теперь я не помню, как там дальше.

...Получивши записку принц дома...

В общем, герцогиня погибла, ему назло. А потом:

...Ярко-ярко луна покатилась,
А принц вынул с кармана наган.
"Будем вместе, моя герцогиня!" -
И на землю сырую упал!..

- А чего он упал?

- Сама догадывайся!

...Так окончилась жизнь обоих их
От служанки неверной ее.
А служанка ее обманула,
Потому что любила его! Всё! Теперь спрашивай...

Но Катя молчала. Она думала: до чего непонятная эта штука - любовь: ведь ни про какого Джека не было в песне ни одного слова.

Profile

ernestine_16: в окошке (Default)
ernestine_16

June 2017

S M T W T F S
     1 2 3
45 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 1617
18 1920 21 22 2324
2526 27 282930 

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jun. 29th, 2017 03:51 am
Powered by Dreamwidth Studios