ernestine_16: в окошке (Default)
[personal profile] ernestine_16
Тещу свою Санька любил.
Когда-то давным-давно она была его учительницей в музыкальной школе.
Валентина Даниловна, Валюха, в прошлом - бойкая участница фронтовых концертных бригад, играла на гармони и на баяне, а в 45м в Кенигсберге сумела освоить и аккордеон.
Саньке нравилось смотреть, как уверенно она берет аккорды, как притопывает левой ногой, отбивая ритм, и как светлые упрямые кудряшки прыгают на ее широком лбу.
- Два, три... и!- хлопала она в ладоши, объясняя Саньке затакт в третьей, самой быстрой части "Неаполитанской" Чайковского.
И, поддернув ремень баяна на крепком плече, вступала дуэтом с Санькой, громко подпевая:
- ...та-Та, та-Та, та-Та-та
Тита-тита-тита-тата;
Тита-тата-тита-тата...

Она ставила Саньке хорошие отметки и никогда не рассказывала Санькиной матери о его прогулах - жалела, в общем.
А мать жалела Санькины брюки и, чтоб они не протирались, заставляла укрывать колени под баяном плюшевой зеленой салфеткой. Санька очень стеснялся этой салфетки и всегда старался потерять ее или сунуть в коридоре за сундук - но мать следила строго.

С матерью и потом, когда женился, трудно было ужиться. А с тещей, с Валентиной Даниловной - легко.

С ее дочкой Любой Санька учился в одном классе. Правда, не всегда: Любу оставляли на второй год, причем дважды. Оказалось, что Люба тупая. За это Валентина Даниловна громко на Любу кричала.
Саньке она тоже громко кричала на уроках, но только одно слово:
- Считай!!!
И Санька послушно отбивал такт ногой, обутой в галошу - и зеленая плюшевая салфетка съезжала с коленей на пол.

Иногда Валентина Даниловна не обращала внимания ни на музыкальный счет, ни на Санькину игру. Она подходила к окну и начинала курить в форточку. Санька тогда наглел и принимался играть не по нотам, а на слух, импровизируя и дурачась. Она не слышала. Затем, будто проснувшись, Валентина Даниловна захлопывала форточку, прятала в карман папиросы, брала со стула баян и начинала играть сама. Она играла, а Санька слушал. Так проходил урок.

Больше всего Санька любил, когда она играла "Прощай, любимый город".
Он тогда еще не знал слов этой песни, он почему-то плохо запоминал песни и стихи.
Но эта мелодия и без слов так сладко и горько щемила сердце, и так глубоко вздыхал баян, и дрожали на кнопках сильные пальцы Валентины Даниловны с побелевшими от напряжения ногтями - что казалось Саньке, будто он сам эту песню придумал и сам исполнял.
Потом в дверях класса появлялся следующий ученик, и урок был окончен.

Домашнее задание учительница всегда писала одно и то же: "Считай!"
Однажды Санька буркнул, что он, мол, и так считать умеет. И тогда Валентина Даниловна спросила:
- А сколько у тебя по арифметике?
- Ну, четыре.
На самом деле у него было "три", но случались и четверки.
- А ты бы приходил вместе с Любкой уроки делать, - предложила учительница.
Санька вздохнул: делать уроки вместе с девчонкой - это еще хуже, чем таскать с собой плюшевую салфетку.
Но Любка оказалась спокойной, тихой и послушной. И вовсе не тупой.

Если у них получался разный ответ в задаче, Любка не спорила, а переправляла свое число на то, что у Саньки. А списывать у него решение она даже не пыталась. Сидела себе тихонечко, начищая до блеска перышко лоскутной перочисткой, чтобы чистое перышко никогда не пачкало Любкин пенал. Все ячейки этого деревянного пенала были чистенькие и пахли, как новая матрёшка. И все учебники у Любки были аккуратно обернуты свежими газетами, и на газетах ни одному портрету никогда не были пририсованы рожки. Наоборот, Любка раскрашивала эти газеты цветными карандашами и подписывала учебники: "Преродо ведение", "Родная реч".

Чтобы зря не сидеть за уроками, Любка начинала уборку. Мыла листья фикуса в углу и полы вокруг Саньки, без конца протирала подоконник, зеркало и железные прутья кровати, выгоняла полотенцем из комнаты лишних мух.
Столько труда Санька себе никогда бы не позволил, и он даже стал уважать Любку и разрешил ей списывать из своих тетрадей. Почерк у Любки был кривоватый, длинные пальчики как-то косо держали ручку, и было похоже, будто Любка не пишет, а продолжает мыть полы маленькой шваброй.

А потом случился ужас: Любка увидела ту зеленую плюшевую салфетку!
Но она не стала смеяться и даже не рассказала никому в классе.
Помогая Саньке убирать вещи в портфель, Любка аккуратно сложила ее, расправив уголки.
И на душе у Саньки впервые стало очень спокойно, чисто и хорошо - почти как в той песне о море, куда завтра уплывут те, кто прощается навсегда.

Profile

ernestine_16: в окошке (Default)
ernestine_16

August 2017

S M T W T F S
   1 2 345
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 1819
20212223242526
2728293031  

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Aug. 19th, 2017 09:19 am
Powered by Dreamwidth Studios